«You’re a wizard, Harry», или Давайте не будем Дурслями

Hagrid

Как известно, книгу пишут двое – писатель и читатель. Поэтому, учитывая, сколько всего написано о знаменитых книгах Джоан Ролинг, и не обращаясь к этой тонне мнений и тщательных разборов, я рискну представить мой самое-самое личное прочтение истории о «мальчике, который выжил».

Любое культурное явление – многоуровневое и многослойное, как хорошо исполненный торт «Наполеон», и чем шире масштаб его (явления, не торта), тем более оно раскрывается с течением времени. Выбор «слоя» в данном случае задаётся моим личным опытом – быть матерью детей-подростков.

На рождественских каникулах мы решили просмотреть всю «поттериану». Я не ждала ничего особенного от всей этой истории, поэтому мы перешли сразу к киноверсии; обычно же у меня работает правило «сначала книга, потом экранизация». Но неожиданно для себя я углядела полезную в моём семейном хозяйстве «соломинку» и сразу ухватилась за неё: просто гениально было показано взросление ребёнка, причём показано оно было как бы изнутри, с позиции самого взрослеющего человека. Перед зрителем (а потом – и перед читателем), т. е. передо мной, открывалось сознание 11-летнего мальчика, и вдруг оказывалось, что он – ну точно как я сама много-много лет назад! Это неожиданное открытие захватывает, и только потом, уже прочитав детям всю историю, начинаешь осознавать себя как родитель и видеть себя со стороны – как бы глазами растущего ребёнка.

Как родитель я, конечно, уверена в собственной значительности, в своей роли главного человека, формирующего их сознание: ведь я говорю разные правильные слова и надеюсь, что меня слышат. Я вижу себя большой и значимой фигурой в их жизни. История героя Дж. Роулинг даёт несколько иную перспективу: в жизни Гарри нет родителей; их личности, хотя и важные для него, присутствуют лишь условно, и узнаёт он о них постепенно, знания о них как бы растут вместе с ним. И здесь появляется мысль о том, что сознание ребёнка – совершенно другая вселенная; мы, конечно, имеем отношение к её появлению, но дальше она развивается по своим законам. И именно такое, отделённое от родительского довлеющего влияния, «обнажённое» в своих переживаниях, без опоры и оглядки, – именно такое сознание, то ли как сквозь увеличительное стекло, то ли через замочную скважину, усматривается в книгах о Гарри Поттере. И самое главное (то, что «глазами не увидишь», т. к. «чутко одно лишь сердце») – это правда о детях, которую часто не могут видеть взрослые. Это не тот образ «хороших деток», который есть у каждого из нас, идеальный образ, родительская мечта, а та напряжённая жизнь души, о которой мы можем не подозревать.

Мы попадаем в волшебный мир Роулинг, когда Гарри исполняется 11 лет. Он учится в школе, где терпит издевательства одноклассников из-за Дадли, ненавидящего его кузена. Об успехах Гарри в школе почти ничего не говорится… Но как же так? Разве успехи в школе – это не то, что составляет ядро «родительской мечты», не то главное, о чём мы думаем и говорим друг с другом и с детьми? Между тем, главное в жизни детей «написано между строк» и происходит на переменах между уроками. Нам кажется, что всё, что «не по делу» и «просто так» – это не важно, однако ж «люди обедают, а в это время случается их счастье, и разбивается их жизнь» (А. П. Чехов).

С. Соловейчик считал, что «детные» люди (такие, которые понимают детскую душу и любят детей) никогда не спросят у ребёнка, дав ему яблоко: «Что нужно сказать?» – а встретив школьника, не спросят сходу: «Как твои оценки?» Создаётся впечатление, что «детные» люди, по Соловейчику, это взрослые, которые не забывают о своём детстве, а может быть даже и остаются в душе – детьми!

Как раз абсолютно «недетными» показаны Дурсли – тётя и дядя Гарри. Многократно подчёркивается, как они гордятся своей «нормальностью»: об этом в книге свидетельствует даже название улицы, на которой живут Дурсли. «Тисовая улица» не рождает у русского читателя никаких ассоциаций, тогда как Privet drive пробуждает у англичан целую гамму образов и ассоциаций: именно тисовой изгородью обнесены участки в английских пригородах, такие одинаковые и аккуратно скучные, что их не отличить друг от друга. Если что-то в английском ландшафте и может быть синонимом «звенящей пошлости» (если говорить словами Михалкова), отсутствия фантазии, глухости к индивидуальности, то это, несомненно, Privet drive! Стоит ли удивляться, что в таком месте живут начисто лишённые воображения, гордящиеся своей «нормальностью» люди – совершенно глухие к внутреннему миру детей? Видимо, это закономерно.

Известный музыкант и искусствовед М. Казиник считает, что дети рождаются гениальными, они несут в себе необъятность, неограниченность – свойства изначального замысла о человеке. Но мир взрослых – это мир коллекционеров: люди не переживают радость каждого мига, а коллекционируют впечатления. Дети же, по мнению Казиника, – гении, а гении – это дети, которые сумели противостать обыденности и ограниченности. Гарри, волшебник от рождения, вынужден жить с людьми, для которых преступно любое упоминание о чём-то, что не вписывается в их представление о «нормальном». И вдруг они узнают, что их собственный племянник – самый «ненормальный» ребёнок, какой только может быть! Они могли догадываться о его способностях – ведь он происходил из семьи волшебников! – но от самого Гарри этот факт тщательно скрывали. Когда волшебные способности Гарри проявляют себя всё сильнее, они стараются «замять», «не допустить», «забыть», иными словами, сделать вид, что ничего не происходит. Ведь если ребёнок не соответствует нашим ожиданиям, нашему прекрасному образу и делает не то, что от него ждут; если его внутренний мир оказывается совсем не таким, как нам представлялось, а его внешние проявления не находят в нас доброго отклика, – то не хочется ли нам, подобно Дурслям, «замять» тему и подогнать реальность под идеальный образец?..

Профессор Б. С. Братусь в книге «Аномалии личности» пишет: «Некоторые родители уверены, что они точно знают суть и назначение выросшего дитяти, и потому активно (иногда агрессивно, манипулятивно) направляют его жизнь по ими разработанным маршрутам». Маршруты Дурслей никак не ведут в Хогвартс – новый мир, который внезапно открылся Гарри: оказывается, он был зачислен в школу сразу после рождения! Не так ли обстоит дело и с нами: нечто, заложенное изначально, секрет нашей жизни, остаётся скрытым до времени, а потом – как у Блока: «в моей душе лежит сокровище, и ключ поручен только мне». И кстати, Гарри, обнаружив это сокровище – дар, талант, с которым он родился и живёт, – уже никогда не предаст его, не предаст самого себя. Он с упорством, которому нужно учиться взрослым, будет служить своему предназначению. Для этого ему, как поётся в известной песне, «нужно быть спокойным и упрямым», и часто окружающим он кажется высокомерным – они же не знают его цели, его задания; они не знают, где его сокровище и чему служит его сердце. «Где сокровище ваше, там будет и сердце ваше», – эти евангельские слова можно встретить на страницах книг. Их же можно было бы назвать девизом всей истории, но скрытым глубоко, как сейфы банка «Гринготтс»…

В общем, хорошая книга – многослойна, как торт «Наполеон». И лучше для пищеварения – как натурального, так и интеллектуального, если мы будем есть этот торт по частям. Сегодняшняя часть была о том, что не стоит гордиться своим соответствием каким-то стандартам, а учиться принимать жизнь такой, какая она есть, лучше не у Дурслей с Privet drive, а у детей.

Продолжение (если будет вдохновение) следует…